Применение средств РЭБ в ходе войны с Грузией в августе 2008 года

В недавно вышедшем в свет сборнике статей “Радиоэлектронная борьба в Вооруженных Силах Российской Федерации - 2015” опубликован материал об использовании средств РЭБ в войне с Грузией в августе 2008 года. 5 Июнь 2015, 14:03
Кстати впервые пожалуй признано участие в конфликте самолетов Су-34.

На фоне роста национализма 10 ноября 1989 г. Югоосетинская автономная область в составе Грузинской ССР изменила свой статус до автономной республики и с 20.09.90 г. объявила о независимости и создании республики Южная Осетия. Далее на протяжении 12 лет в зоне конфликта сохранялось относительное спокойствие, но с 2003 г., когда в результате «революции роз» к власти в Грузии пришел М. Саакашвили, ситуация вокруг самопровозглашенной республики начала обостряться. Уже с 2006 г. существовал план «Бросок тигра», в соответствии с которым руководство Грузии, опираясь на поддержку США и ОБСЕ, предусматривало захват всех крупных населенных пунктов Южной Осетии.

В четверг, 7 августа 2008 г., М. Саакашвили в телеобращении предложил руководству Южноосетинской республики мирные переговоры, а 8 августа в 00.10 грузинские войска начали артиллерийский обстрел г. Цхинвали.
Парламент Грузии 9 августа единогласно утвердил указ М. Саакашвили об объявлении военного положения
и полной мобилизации на 15 дней. Их мотивацией была необходимость предотвращения дестабилизации в регионе, вооруженных нападений на мирное население и фактов насилия с целью защиты прав и свобод человека. При этом политическое руководство Грузии заявило, что действия ее армии были «вынужденным» ответом на нарушения режима прекращения огня со стороны Ю. Осетии.

В ночь с 7 на 8 августа 2008 г. вооруженные силы Грузии в нарушение договоренности по поддержанию мира на границах с непризнанными государственными образованиями (республика Абхазия и республика Ю. Осетия) вторглись на территорию Ю. Осетии. Были нанесены авиационные и ракетно-артиллерийские удары по городу Цхинвали и ряду других населенных пунктов. Под 12-часовым огнем реактивной артиллерии «Град» погибли сотни мирных жителей. По жилым кварталам, больницам, школам вели огонь 26 реактивных установок. Были совершены заблаговременно спланированные нападения на подразделения миротворческих сил России (незадолго до ударов грузинские миротворцы покинули свои места).

В целях пресечения варварской агрессии Грузии, защиты мирного населения и предотвращения гуманитарной катастрофы Россия 9 августа ввела на территорию Ю. Осетии свои части и подразделения, тем самым начав операцию «по принуждению агрессора к миру».

В конфликте применялись со стороны Ю. Осетии — до 3000 в/сл.; России — до 15000 в/сл.; Абхазии — до 5000 в/сл.; Грузии — до 29000 в/сл.

В составе вооруженных сил Грузии имелись специальные формирования РЭР и РЭБ. В конфликте были задействованы отдельный батальон радиоэлектронной разведки, мобильный пункт электронной разведки, развернутый в 8 км севернее г. Цхинвали и состоящий из стандартных терминалов производства США. Входящие в его состав средства электронной разведки, комплекс радиоэлектронного контроля воздушного пространства, система передачи данных позволяли проводить общую оценку обстановки в масштабе времени, близком к реальному. Кроме того, в г. Гори, в непосредственной близости от зоны грузиноосетинского конфликта, был развернут отдельный центр РЭР и РЭБ США (ОЦ РЭР и РЭБ США). По своим возможностям этот объект способен перехватывать и регистрировать все радио- и телефонные переговоры в регионе. В центр также поступала вся развединформация, добытая подразделениями РЭБ, которая после обобщения и анализа передавалась в аппарат МО и объединенный штаб вооруженных сил Грузии. Сформированные маневренные группы РЭР и РЭБ действовали в составе подразделений военной разведки Грузии в зоне конфликта. Они были оснащены радиоприемниками типа АК-5000 и предположительно комплексом перехвата сотовых систем связи.

В Южной Осетии подразделения ВС РФ вступили в бой с элитой грузинской армии в составе трех пехотных бригад, артиллерийской бригады, отдельной бронетанковой и трех противотанковых бригад. Десять тысяч солдат этих соединений прошли «боевую практику» в Ираке. Хорошо экипированные и обученные грузинские части «копировали» способы боевых действий, свойственные вооруженным силам США и НАТО. Авиационные бомбежки и массированное поражение объектов Ю. Осетии ракетно-артиллерийским огнем по исходным данным, добытым с помощью беспилотных летательных аппаратов, последующие прорывы танков или «кочевые набеги на джипах», ряд других тактических приемов походили на тактику США в Ираке, Афганистане. После прорыва элитных подразделений на территорию объекта атаки туда входили войска МВД Грузии и проводили «зачистки».

В исходной группировке ВС Грузии радиолокационное обнаружение, оповещение и управление боевыми действиями сил и средств ПВО осуществлялось органами боевого управления и стационарными постами, на вооружении которых были РЛС советского и иностранного производства (преимущественно французские). Они размещались в районах городов Поти, Копитнари, Гори, Тбилиси, Марнеули. Для управления боевыми действиями использовались проводные линии связи, радиостанции, работающие в защищенном режиме передачи информации, средства связи и передачи данных гражданского назначения.

Для выявления и вскрытия группировки войск вооруженных сил Грузии широко использовались средства радио- и радиотехнической разведки, беспилотные летательные аппараты типа «Гермес».

Учитывая особенности рельефа местности в районе конфликта, руководство Грузии уделило особое внимание боеспособности группировки сил и средств ПВО. К сильным сторонам системы ПВО
Грузии следует отнести:

- высокую мобильность средств ПВО и ее эшелонирование (наличие ЗРК малой дальности и ближнего действия, ПЗРК, ЗА);
- наличие профессионально подготовленных боевых расчетов ЗРК «Бук-М», «Оса-АКМ»;
- несовпадение частотного диапазона РЭС ЗРК Грузии (советского производства) с рабочим диапазоном ГСН УР класса «воздух-РЛС» российской авиации (т. к. в основном они предназначены для работы по частотам РЭС ПВО НАТО);
- наличие у ЗРК «Оса-АКМ» оптического канала наведения ракет и отсутствие у российских самолетов
штатных средств РЭБ индивидуальной и групповой защиты в рабочем диапазоне частот этого ЗРК;
- наличие пассивной системы оповещения и целеуказания от средств РТР украинского («Кольчуга»)
и американского («Скайнет») производства.

К слабым сторонам следует отнести достаточно низкую помехозащищенность ЗРК «Бук-М» и «Оса-АКМ», которая не позволила им вести эффективные боевые действия в условиях активных и пассивных помех, а также относительно низкие пространственные характеристики зоны поражения ЗРК «Оса-АКМ» (дальность до 10 км, высота до 5 км).

Кроме того, оказать противодействие нашей авиации на маршрутах полета и в районах нанесения удара могли следующие средства:

- самолеты грузинских ВВС типа СУ-25 и Л-29, имевшие пушечное вооружение, НУРСы и ракеты класса «воздух-воздух» — Р-60С;
- зенитные ракетные комплексы С-125 в районах городов Тбилиси, Марнеули, Поти, а также дислоцированные для прикрытия наиболее важных государственных и про- мысленных объектов и транспортных коммуникаций ЗРК, Бук;
- ПЗРК «Стрела-2, — 3», «Игла», 57 мм орудия зенитной артиллерии С-60, 23 мм ЗСУ «Шилка» и ЗУ-23–2, которые применялись, главным образом, в тактической зоне, а также с господствующих высот на маршрутах полета.

Тактика применения ЗРК малой и средней дальности была достаточно разнообразной и предусматривала действия из засад, попеременно работу с перемещением, использование целеуказания от комплексов РТР
и РЛС управления воздушным движением.

Проведенное накануне данного конфликта реформирование ВС РФ привело к тому, что к его началу ВВС оказались практически без сил оперативной радио- и радиотехнической разведки. Более того, должной помощи от ГРУ ГШ органы разведки ВВС получить не смогли. При таком положении ВВС не могли иметь достоверных данных о расположении активных средств ПВО Грузии и организации управления ими. Это явилось основной причиной боевых потерь нашей авиации.

В этих условиях положительную роль сыграли средства радиотехнической разведки РЭБ ВВС. Уже в первый день военных действий была выявлена работа радиоэлектронных средств ЗРК «Оса» и «Бук» в районе городов Гори и Тбилиси.
С началом военных действий в первых же вылетах силами авиации ВВС были выявлены и подавлены до пяти боевых ЗРК «Оса-АКМ», до трех боевых элементов ЗРК «Бук», а также ЗРК С-125. Все ЗРК были либо полностью подавлены, либо предпринимали безуспешные попытки наведения ЗУР, что было зафиксировано по режимам работы и параметрам сигналов РЛС ЗРК.

Следует заметить, что летчики авиационной группировки, развернутой в этом районе, хорошо освоили район боевых действий и полеты в горных условиях. В то же время экипажи вертолетов других объединений, переброшенные в район боевых действий, не были подготовлены к выполнению полетов в условиях гористой местности, в связи с чем выполнение ими боевой задачи было сопряжено с риском потери экипажей. Кроме того, вертолеты Ми-8 СМВ-ПГ (постановщики помех) не были оснащены средствами индивидуальной защиты, в том числе от ПЗРК.

Необходимо подчеркнуть, что средства РЭБ самолетов и вертолетов, планируемых к боевому применению
на территории Грузии, не в полной мере отвечали требованиям по обеспечению защиты от средств ПВО. Более того, прикрытие самолетами (вертолетами) РЭБ боевых порядков ударной авиации из зон постановки помех на всем протяжении маршрута полета было фактически невозможно в силу особенностей гористой местности. При этом необходимо было учитывать как малое время работы самих ЗРК «Бук», так и возможное включение в их состав средств разведки и целеуказания в ИК (УФ) и оптико-электронном диапазонах.

Наибольшую эффективность в ходе боевых действий показал бортовой комплекс радиоэлектронной борьбы
самолета Су-34.

Силами РЭБ осуществлялось радиоэлектронное подавление РЛС Грузии П-36Д6, П-37, 5А87, П-18, 19Ж6, ПРВ-9, — 11, — 13, АSR-12 в районах городов Гори, Тбилиси и Марнеули. Вместе с тем в ходе РЭП РЭС противника наблюдались помехи и нашим РЛС типа A84, 5А87, П-18, П-37, размещенным на удалении 100 – 120 км от зон постановки помех самолетами АН-12ПП.

Анализ боевого применения авиации в первые дни военных действий на югоосетинском и абхазском направлениях показал, что первичное планирование обеспечения боевых действий осуществлялось без должного учета возможностей ПВО Грузии и особенностей применения своих авиационных средств РЭБ по их подавлению. Результаты данного анализа позволяют выделить следующие существенные недостатки в обеспечении живучести авиации:

- отсутствие самолетов — разведчиков, способных вести детальную радиотехническую разведку в реальном времени с высокой точностью определения координат РЛС;
- несовпадение диапазонов частот РГС ракет класса «воздух-РЛС» и РЛС ЗРК ПВО советского производства, отсутствие аппаратуры управления и целеуказания;
- недостаточное количество постановщиков помех;
- малый потолок полета вертолетов-постановщиков помех, вследствие чего применение их в условиях гористой местности Южной Осетии было затруднено;
- отсутствие средств РЭП групповой защиты авиации из боевых порядков.

Важно учесть, что к планированию действий авиации недостаточно привлекались специалисты служб
РЭБ. Радиотехническая разведка велась нерегулярно и не всеми имеющимися силами, без необходимой постановки пассивных и активных помех для уточнения радиоэлектронной обстановки, состояния системы
связи и управления, дислокации РЛС РТВ и ЗРК, аэродромов базирования авиации грузинских ВВС.

Космический контроль районов ведения боевых действий, командных пунктов и пунктов управления, выявленных позиций РЛС, ЗРК ВС Грузии должным образом не осуществлялся.

Перечисленные недостатки потребовали незамедлительного вмешательства в руководство действиями авиации представителей Главного командования ВВС, принятия неотложных мер к снижению боевых потерь нашей авиации (в конфликте было потеряно 6 самолетов). К основным из них были отнесены:

- исключение участия в ударах самолетов, не имеющих средств индивидуальной защиты;
- выход из атаки самолетов Су-25 при массированном отстреле тепловых ловушек и минимуме времени работы на максимальных тепловых режимах;
- применение ударной авиации только под прикрытием групповых средств защиты из зон самолетами
и вертолетами РЭБ (Ан-12ПП, Ми-8ППА, Ми-8 СМВ-ПГ) и из боевых порядков самолетами Су-34 с комплексами РЭБ;
- осуществление выполнения поставленных задач боевой авиацией на максимальной скорости и на высотах, исключающих применение ПЗРК и зенитной артиллерии Грузии.

С учетом выработанных рекомендаций полеты авиации стали осуществляться по маршрутам с обходом районов, прикрытых средствами ПВО, или над участками местности, где они были подавлены. Высота полета, как правило, более 3,5 км при скоростях, обеспечивающих оптимальные условия для преодоления противодействия средств ПВО. При этом повторные атаки проводились с разных направлений с использованием рельефа местности и дымовых завес. Часто осуществлялся такой тактический прием, как внезапный пролет через зоны обстрела с одновременным выполнением быстрого противозенитного маневра.

Нашли достаточно широкое применение атаки цели «с ходу» в минимальное время с учетом естественного теплового фона при уходе от цели (в сторону гор, облаков, освещенных солнцем). Был освоен полет по разным маршрутам к цели и обратно с использованием демонстративных и отвлекающих групп самолетов и вертолетов. Летчики старались исключить повторный заход с того же курса и полеты по одному маршруту до цели и обратно.

Выполнение боевых задач с использованием средств РЭБ и САБ осуществлялось, как правило, под прикрытием специально выделенных групп самолетов (вертолетов). При этом по возможности экипажи старались исключить работу двигателей на максимальном режиме и форсаже. При угрозе применения средств ПВО выполнялись противозенитный, противоракетный маневры с одновременным отстрелом расходуемых средств РЭБ в районах возможного применения ПЗРК или при обнаружении пуска ракет. Также при подходе к объекту удара и выходе из атаки широко применялся отстрел ППИ сериями из нескольких патронов с минимальным интервалом между отстрелами.

В ходе конфликта для прикрытия ударной авиации от средств ПВО вооруженных сил Грузии применялись:

вертолеты Ми-8ппа со станциями помех «Азалия» для подавления РЛС ОЦУ, Ми-8 СМВ-ПГ со станциями
помех «Смальта — ПГ» для подавления РЛС управления оружием ЗРК «Бук-М1» и С-125. Барражирование
самолетов РЭБ АН-12 ПП в основном осуществлялось в следующих зонах: над побережьем Черного моря на юге Абхазии, в районе главного Кавказского хребта над Северной и Южной Осетией. Над территорией самой Грузии они осуществляли постановку помех на направлениях полета нашей авиации при нанесении ею ударов по объектам.

Интенсивность применения группировки РЭБ ВВС была крайне высокая.

Вертолеты- постановщики помех в воздухе дежурили практически круглосуточно, за исключением получасовых перерывов на заправку и отдых операторов, а самолеты — постановщики помех дежурили в воздухе до 12 – 16 часов в сутки.
Усилиями этой группировки боевые возможности грузинской ПВО были существенно снижены.

В частности, дальность обнаружения наших самолетов РЛС ОЦУ П-37, 36Д6 и АSR-12 за счет применения
САП «Азалия» была снижена в 6…10 раз (с 300 км в беспомеховой обстановке до 30… 50 км в условиях помех). Зона действия РЛС наведения ракет ЗРК С-125 и «Бук- М1» при применении САП «Смальта –ПГ» уменьшилась в 1.5…2.5 раза (с 25… 30 км в беспомеховой обстановке до 10…15 км в условиях помех, что эквивалентно снижению числа пусков ракет примерно в 2 раза).

Степень оснащенности самолетов средствами индивидуальной защиты характеризуется следующим.

Самолет Су-34 имеет бортовой комплекс обороны (БКО) типа «Хибины». На самолетах Су-25 (штурмовая авиация) были установлены автоматы отстрела ложных тепловых целей АСО-2 В. Самолеты Су-24М (самолеты БА) и разведывательные — Су-24МР имели как БКО «Карпаты», так и автоматы отстрела расходуемых средств АПП-50 м. Самолеты дальней авиации Ту-23М3 были вооружены БКО «Урал-М», теплопеленгаторами «Мак-УТ» и автоматами отстрела расходуемых средств АПП — 50А (в том числе на одном из них была САП «Сирень).

Объективно следует отметить, что в целом тактико-технические характеристики бортовых средств РЭБ оставляли желать лучшего. Были также недостаточными и возможности имевшихся самолетов-разведчиков Су-24МР по ведению радиотехнической и оптической разведки. В то же время бортовой комплекс обороны «Хибины» на самолете Су-34 показал высокую эффективность по ведению РТР, обеспечив вскрытие значительной части РЭС группировки ПВО Грузии.

Имели место недостатки в организации взаимодействия. Так, с момента передачи управления сводной эскадрильей РЭБ на аэродром «Гудаута» в оперативную группу «Сухуми» перестала поступать информация о выявленных и подавленных РЭС группировки ПВО Грузии на абхазском направлении в штаб 4А ВВС и ПВО.

К сожалению, в ходе конфликта непрерывного создания помех РЛС ПВО Грузии достичь не удалось. Низок был и уровень эффективности групповой защиты авиации.

В данном конфликте на силы и средства РЭБ Сухопутных войск возлагались следующие задачи: вскрытие (выявление) радиоэлектронной обстановки в зоне боевых действий; радиоэлектронное подавление систем и средств управления войсками, оружием, разведки и РЭБ вооруженных сил Грузии; снижение эффективности применения противником средств радиоэлектронного подавления; ведение комплексного технического контроля состояния защиты вооружения, военной техники и военных объектов от технических средств разведки противника и противодействие им; обеспечение электромагнитной совместимости радиоэлектронных средств.

Применением наземных средств РЭБ в тактическом звене удалось снизить эффективность работы передовых авианаводчиков и корректировщиков артиллерийского огня противника.

Успешно действовал в вооруженном конфликте 1077-й отдельный батальон РЭБ. При проходе Рокского
тоннеля его средствами РЭБ были подавлены радиолинии управления БПЛА с потерей грузинами трех аппаратов.
Обе стороны активно использовали системы РЭБ, в результате связь часто просто отсутствовала. При этом грузины оказались в более выгодном положении — у них частично работала спутниковая связь. Доходило до того, что переговоры шли по мобильным телефонам, причем такой связью пользовались обе стороны. И прослушивали тоже.
Противодействие техническим средствам разведки противника обеспечивалось:

- путем радиоэлектронного поражения выявленных средств воздушной радиолокационной и радиотехнической разведки Грузии, уничтожением БЛА «Гермес»;
- поддержанием в местах дислокации войск и аэродромах базирования авиации повседневного режима работы радиоэлектронных средств при подготовке и проведении операции;
- введением ограничений на работу РЭС с излучением в новых районах;
- радиоподавлением средствами частей РЭБ СКВО каналов передачи
разведданных, радиосвязи и управления Грузии;
- специальной защитой технических средств передачи и обработки информации;
- выявлением технических каналов утечки информации и проведением мероприятий по их устранению.

Анализ эффективности действий сил и средств РЭБ в ходе конфликта вскрыл и ряд недостатков в их организации, основными из которых являются:

- отсутствие исходной разведывательной информации о группировке вооруженных сил Грузии до начала боевых действий;
- недостаточные возможности имевшихся станций помех по ведению
разведки РЭС производства ведущих стран НАТО, состоящих на оснащении вооруженных сил Грузии и, как следствие, низкая степень вскрытия (выявления) РЭО в ходе боевых действий;
- отсутствие защиты объектов автомобильной техники на марше (при движении в колоннах или индивидуально), а также личного состава при его нахождении в местах применения радиоуправляемых взрывных устройств;
- размещение РЭС группировки ВС РФ с нарушением требований по ЭМС. Частые выходы из строя
техники РЭП нового парка в условиях воздействия высоких температур (Р-330 и Р- 934 УМ);
- отсутствие надежного прикрытия своих войск и наиболее важных объектов от воздушной радиолокационной разведки и прицельных ударов авиации вооруженных сил Грузии;
- слабая организация восстановления и ремонта вышедшей из строя техники РЭП;
- низкие маневренные возможности техники РЭП в условиях скоротечности боя;
- состоящая на вооружении техника РЭБ не имела возможности эффективного ведения радиоразведка и РЭП в движении;
- отсутствие на начальном этапе конфликта средств РЭП аппаратуры спутниковой радионавигации,
установленной на разведывательных БЛА вооруженных сил Грузии.

Комплексной оценкой результатов ведения РЭБ в данном конфликте может служить высказывание заместителя Главнокомандующего ВВС генерал-полковника Ноговицина А. А.: «Мы применяли системы РЭБ, но они у нас советского образца. Грузинские войска для борьбы с российской авиацией применяли ЗРК «Бук» и «Тор». При вскрытии их позиций как целей (а это наши советские образцы) наша авиация испытывала определенные сложности. При этом сначала мы понесли потери и только потом сделали соответствующие выводы».

В целом организацию радиоэлектронной борьбы и эффективность средств РЭБ, применяемых в ходе операции по принуждению к миру, можно признать удовлетворительными. Хотя и запоздалые, но принятые дополнительные меры позволили исключить дальнейшие потери авиации и способствовали обеспечению господства в воздухе нашей авиации.