Банки не готовы к работе с гособоронзаказом

Из почти 700 банков лишь девять могут сопровождать контракты в сфере ГОЗ, но, по мнению представителей Минобороны, даже они не всегда справляются со своей задачей 12 Ноябрь 2015, 07:38
Минобороны отказалось расширить перечень уполномоченных банков, работающих в сфере реализации государственного оборонного заказа (ГОЗ), с 9 до 50. Это следует из письма замминистра обороны Татьяны Швецовой, направленного президенту Ассоциации региональных банков России (АРБР) депутату Госдумы Анатолию Аксакову.
Замминистра обороны Татьяна Швецова. Фото: kommersant.ru
Уполномоченные банки, среди которых Сбербанк, ВТБ, Газпромбанк, Банк Москвы, Россельхозбанк, «Российский капитал», банк «Россия», Новикомбанк и ВЭБ, призваны обеспечивать контроль за использованием бюджетных средств в рамках ГОЗа. По 275-ФЗ банки, сопровождающие госконтракты по оборонному заказу, должны иметь капитал не менее 100 млрд рублей, находиться под контролем РФ или ЦБ, а также лицензию на проведение работ, связанных с гостайной. 

Ранее АРБР просила расширить список уполномоченных банков, работающих в рамках ГОЗа, с 9 до 50, «поскольку у многих негосударственных российских банков, имеющих капитал ниже установленного законом, сложилось взаимовыгодное и конструктивное сотрудничество с предприятиями сферы оборонзаказа».
— В целях сохранения этого сотрудничества и развития конкуренции необходимо расширение перечня, — говорилось в обращении АРБР. 

Отказывая банкирам, Минобороны указало, что даже сегодня «не все банки, отнесенные к категории уполномоченных, приступили к банковскому сопровождению ГОЗа». 

— Так, сведения об открытии отдельных счетов в Банке Москвы и АКБ «Российский капитал» отсутствуют, — пишет Минобороны. — Сертификационные ключи электронной подписи для обмена информацией с предприятиями ГОЗа банки не получили. ВЭБом до настоящего момента не обслуживаются контракты и, соответственно, не передается информация в единую информационную систему расчетов по ГОЗу. 

По логике Минобороны, сложившаяся ситуация свидетельствует о неготовности большинства банков к работе с компаниями в рамках ГОЗа. 

— Сложившаяся ситуация создает предпосылки для снижения эффективности работы межведомственной системы контроля и результатов выполнения ГОЗа в целом. В этих условиях Минобороны не поддерживает предложение о расширении перечня уполномоченных банков, — резюмируют в военном ведомстве.
Глава Росфинмониторинга Юрий Чиханчин в марте 2015 года сообщал президенту, что «из более чем 500 госконтрактов (в том числе по гособоронзаказу. ) примерно треть связана с офшорами, соучредители которых находятся за рубежом». Чиханчин также сообщал, что Росфинмониторинг работает над выстраиванием механизма, пресекающего подобные нарушения. 

Сейчас в России действует госпрограмма вооружения на 2011–2020 годы. Так, в начале планового периода гособоронзаказ исполнялся на 82–84%. В 2010-м армия недополучила около трети обещанного предприятиями вооружения и военной техники. По мнению аналитиков, к многочисленным срывам ГОЗа в прошлом привело отсутствие консенсуса между оборонно-промышленным комплексом и госзаказчиком, Минобороны, по ряду параметров.
В 2012 году министра обороны Анатолия Сердюкова сменил Сергей Шойгу, а курирующий оборонку вице-премьер Дмитрий Рогозин был назначен председателем Военно-промышленной комиссии при правительстве России (с сентября 2014 года ее возглавляет лично президент Владимир Путин). Это реанимировало зашедший в тупик диалог между промышленностью и госзаказчиком. 

В 2013 году был принят новый закон о гособоронзаказе, урегулировавший ряд разногласий между министерством и ОПК. В частности, он допускает компенсацию непредвиденных расходов, которые зачастую появлялись в долгосрочных проектах, растянутых на 5–7 лет. В 2014 году гособоронзаказ выполнен приблизительно на 95%, заявлял в декабре в интервью «Известиям» замминистра обороны Юрий Борисов.

— Уполномоченные банки должны соответствовать требованиям закона, — считает зампредседателя Национального совета финансового рынка (НСФР) Александр Наумов. 

По словам партнера компании «Деловой фарватер» Романа Терехина, позиция Минобороны более чем целесообразна. 

— В условиях кризиса слишком рискованно расширять перечень уполномоченных банков по ГОЗу с 9 до 50, — уверен Терехин. — Иначе обеспечивать контроль за использованием бюджетных средств в рамках ГОЗа будут банки, которые не смогут справиться с задачей на должном уровне. В результате могут возникнуть различные задержки, снизится качество контроля, вывод средств ГОЗа за рубеж станет более доступным. Особенно риски подобного сценария возрастут, если у уполномоченного банка отзовут лицензию, что сейчас часто бывает даже с крупными участниками рынка. Если, по данным Минобороны, не все из девяти сейчас уполномоченных банков справляются с возложенными на них функциями, шестикратное расширение списка вряд ли сможет принеси положительный результат. 

Директор центра по работе с крупными корпоративными клиентами Бинбанка Денис Агарков считает, что отказ Минобороны расширить список уполномоченных банков демонстрирует избирательный подход к решению сложных вопросов. 

— Подобный подход косвенно указывает на желание «заряжать» ликвидностью лишь государственные и избранные частные банки, — уверен Агарков. — Коммерческие банки уже не раз ограничивали в доступе к государственным заказам. Нужны единые для всех правила игры. 

Минобороны стремится снизить риски контрагента, что особенно актуально в моменты макроэкономической нестабильности, комментирует аналитик рейтингового агентства «Рус-Рейтинг» Евгений Славнов.

— Тем не менее данные требования фактически являются заградительными и лишают частные банки какой-либо возможности поучаствовать в обслуживании данных средств вне зависимости от их финансового состояния и степени надежности. Несмотря на то что контроль за госсредствами безусловно необходим, подобное ограничение конкуренции, создающее дополнительные преференции для госбанков, в моих глазах является не совсем верным подходом, — считает он.

Терехин прогнозирует, что на получение позитивных результатов от усиления контроля за сферой ГОЗа может уйти 1,5–2 года в случае работы уполномоченных банков на должном уровне.