В небесах и на море

Итоги второго месяца военной операции России в Сирии
1 Декабрь 2015, 12:35
Россия понесла первые за два месяца военно-воздушной операции в Сирии потери: сначала истребители ВВС Турции сбили бомбардировщик Су-24М на приграничной территории, затем в ходе боестолкновения был уничтожен вертолет Ми-8. Погибло двое российских военнослужащих. Инцидент не только до предела обострил отношения между Москвой и Стамбулом, но и стал поводом для усиления российской группировки в Сирии новейшими системами ПВО. В такой ситуации создать широкую коалицию против действующих там исламских радикалов будет крайне сложно, но в Кремле от этой идеи не отказываются.
Новость о крушении Су-24 на сирийско-турецкой границе застала Владимира Путина 24 ноября в его резиденции Бочаров Ручей, где он готовился принять короля Иордании Абдаллу II. Уже после первого доклада Генштаба стало понятно, что ситуация из ряда вон выходящая: российские военные рапортовали, что нарушения воздушного пространства Турции не было (он пролетал на удалении 1 км от границы страны), а бомбардировщик Су-24 был сбит над территорией Сирии на высоте около 6 тыс. м ракетой "воздух--воздух". По информации "Власти", исходя из важности происшествия, рассматривался вопрос об экстренном заседании Совбеза РФ, однако для его проведения нужно было быстро собрать всех членов совета. Сделать это было достаточно сложно, поскольку в Сочи находился лишь глава МИД РФ Сергей Лавров, а все остальные чиновники были либо в командировке (министр обороны Сергей Шойгу, например, находился с визитом в Египте), либо в Москве — прибыть они могли не ранее чем через несколько часов. Поскольку отменять визит иорданского лидера, уже находившегося на пути в Бочаров Ручей, не представлялось возможным, президент принял решение сделать все ключевые заявления в самом начале переговоров.

Слова Владимира Путина в тот день были беспрецедентно жесткими: пообещав, что сбитый самолет "будет иметь серьезные последствия для российско-турецких отношений", он обвинил Турцию в сотрудничестве с действующими на территории Сирии и Ирака террористами. "Сегодняшняя потеря связана с ударом, который нам нанесли в спину пособники терроризма. По-другому я не могу квалифицировать то, что сегодня случилось",— сказал он.
Изначально в версию преднамеренной атаки турецких истребителей никто верить не хотел, признается высокопоставленный источник "Власти" в российских госструктурах, но факты говорили в пользу именно этой версии. Представители Генштаба ВС РФ хотели выйти по военно-дипломатическим каналам на своих турецких коллег, но те общаться не хотели: по всей видимости, они ожидали указаний от политического руководства страны. Представители же руководства демонстративно и публично говорили, что сбитый самолет нарушил пространство Турции и их летчики имели полное право открывать огонь на поражение, тем более что экипажу российского Су-24М якобы было выдано десять предупреждений. У Минобороны РФ такой информации не было, зато средства их объективного контроля четко указали: бомбардировщик был сбит в воздушном небе Сирии. Связаться с турками не получалось — ни одна из многочисленных попыток к успеху не привела, а Турция тем временем вышла на контакт со странами НАТО. По информации "Власти", именно этот факт стал последней каплей, из-за которой Владимир Путин позволил себе высказываться, практически не сдерживаясь.
Ситуацию усугубляла и гибель командира Су-24 подполковника Олега Пешкова — он был расстрелян террористами еще в воздухе, буквально через несколько секунд после катапультирования из подбитого самолета. Штурману Константину Мурахтину чудом удалось спастись: военные рассказывают, что капитан не только оперативно вышел на контакт с авиабазой Хмеймим, где дислоцирована российская авиагруппа, но и несколько часов скрывался от преследования боевиков. Как только беспилотники зафиксировали его местонахождение, в район гор Кызылдаг было направлено два вертолета Ми-8 со спецназом. К этому моменту Мурахтина уже нашли военнослужащие сирийской правительственной армии, сослуживцам оставалось только эвакуировать его и доставить в Хмеймим. Однако в ходе операции один из вертолетов попал под обстрел и вынужденно сел близ Туркменских гор. Завязалась перестрелка, в ходе которой морпех Александр Позынич получил смертельное ранение в шею. В итоге одному вертолету удалось улетать, второй же, по информации Генштаба, был уничтожен минометным огнем. Всех трех военнослужащих представили к госнаградам. Двум — Пешкову и Позыничу — они достались посмертно.
Не считая этих потерь, второй месяц сирийской операции был для России достаточно удачным: в Генштабе рапортовали, что только за 48 суток авиация ВВС РФ выполнила 2289 боевых вылетов и нанесла 4111 ракетно-бомбовых ударов по основным объектам инфраструктуры, скоплениям военной техники и живой силы боевиков. Отчитываясь 20 ноября перед президентом, Сергей Шойгу заявил, что основные усилия сосредоточены "на подрыве финансово-экономической базы" террористов запрещенного в России "Исламского государства". "Это обеспечивает успешное действие правительственных войск Сирии в районах Алеппо, Идлиба и горной Латакии, а также Пальмиры",— отрапортовал министр, добавив, что количество прибывающих в страну террористов снижается. Авиационная же группировка, наоборот, нарастала: к находящимся в Хмеймиме бомбардировщикам Су-24М и Су-34, штурмовикам Су-25СМ, истребителям Су-30СМ присоединилось четыре истребителя Су-27СМ3 и восемь — Су-34. Параллельно удары наносились и при помощи стратегической авиации (Ту-95МС, Ту-160 и Ту-22М3), на вооружении которой стоят крылатые ракеты Х-101 и Х-555.
Морская группировка в Средиземном море и на Каспии насчитывала десять кораблей. При этом 20 ноября ракетный корабль "Дагестан" и малые ракетные корабли "Углич", "Град Свияжск" и "Великий Устюг" выполнили пуски 18 крылатых ракет "Калибр-НК" по семи целям в провинциях Ракка, Идлиб и Алеппо. В общей сложности, по словам Сергея Шойгу, в период с 17 по 20 ноября был осуществлен пуск 101 крылатой ракеты воздушного и морского базирования, в результате чего, с учетом бомбардировок, удалось ликвидировать 826 объектов противника. По словам источника "Власти" в органах оперативного военного управления, наращивание сил и средств для борьбы с террористами в Сирии происходило поэтапно и в зависимости от конкретных задач: например, обстрел ракетами "Калибр" из Каспия производился ввиду полученной от разведки информации о нахождении в районах крупных объектов бандформирований. "Их надо было ликвидировать в срочном порядке",— пояснил он, добавив, что по той же причине задействовалась и стратегическая авиация. Увеличение же авиагруппы в Хмеймиме происходило для прикрытия войск Башара Асада в момент наступления на позиции террористов.

Несмотря на общий настрой на борьбу с "Исламским государством", препятствий для создания широкой коалиции немало

Инцидент с Су-24 повлек за собой серьезные изменения в ходе проведения операции: на следующий день гвардейский ракетный крейсер "Москва", несущий службу в составе Средиземноморской группировки ВМФ, занял новое место несения службы в районе прибрежной части Латакии. Более того, вооруженный зенитным ракетным комплексом С-300Ф "Форт", он получил приказ уничтожать любую воздушную цель, представляющую потенциальную опасность для российских самолетов. В Хмеймиме были развернуты новейшие системы ПВО С-400 "Триумф", для которых сирийская операция стала первым боевым испытанием, а всем российским бомбардировщикам выполнять боевые задачи предстоит исключительно под прикрытием самолетов-истребителей. Здесь наблюдается дисбаланс: на 24 фронтовых бомбардировщика (по 12 единиц Су-24М и Су-34) приходится всего по восемь истребителей Су-30СМ и Су-27СМ. Однако, по словам собеседника "Власти", он будет исправлен в ближайшее время путем передислокации в Сирию еще одного звена истребителей.
Очевидно, что эти меры направлены не на борьбу с "Исламским государством" (у них нет авиатехники), а на контроль воздушного пространства, в котором также летают самолеты стран НАТО, в том числе Турции. В Пентагоне не все принятые Минобороны РФ меры нашли понимание. "Подобные системы (С-400.— "Власть") еще больше усложнят и без того сложную ситуацию в небе над Сирией и не сделают ничего, чтобы продвинуть борьбу с террористами",— сказала подполковник Мишель Балданса. Высокопоставленный военный чиновник Минобороны это заявление прокомментировал "Власти" кратко: "Против самолетов коалиции вести боевые действия мы не намерены, но обеспечивать безопасность своей авиатехники и своих людей мы будем любыми доступными средствами".
Если отношения России и Турции пострадают практически во всех сферах (премьер Дмитрий Медведев на прошлой неделе прямо сказал о введении санкций в отношении недавних друзей), то шансы на создание широкой коалиции, несмотря на крайне напряженную обстановку, еще сохраняются. Выступая 26 ноября на церемонии вручения иностранными послами верительных грамот, Владимир Путин заявил: "Рассчитываю, что наконец будет сформирована действительно широкая международная антитеррористическая коалиция, которая выступит скоординированно, как единая мощная сила, и в частности поддержит действия российских военных, осуществляющих успешные операции против террористических группировок и структур в Сирии". Он выразил надежду, что после терактов на борту российского авиалайнера Airbus A-321 в Египте и взрывов во Франции, жестоких массовых убийств в Ливане, Нигерии, Мали "придет понимание необходимости объединения усилий всего международного сообщества в борьбе с террором".

Опрошенные "Властью" военные и дипломатические чиновники утверждают, что даже после крушения Су-24М шансы на создание коалиции есть, тем более что эту идею поддерживают лидеры Италии и Франции. Президент Пятой республики Франсуа Олланд после серии терактов в Париже даже предлагал забыть о разногласиях и "объединить мощь" Франции, России и США и в подтверждение своих слов направил к берегам Сирии авианосец Charles de Gaulle с многоцелевыми самолетами. Владимир Путин приказал российским морякам наладить с французскими коллегами связь и действовать "как с союзниками".

Несмотря на общий настрой на борьбу с "Исламским государством" препятствий для создания широкой коалиции немало. Например, по словам официального представителя МИД РФ Марии Захаровой, к 26 ноября "ни одна из стран антиигиловской коалиции ни разу не назвала ни одного района или объекта, принадлежащего террористам". До сих пор у России и стран НАТО расходятся данные о том, по кому именно наносятся удары: Запад считает, что жертвами ударов российских самолетов и ракет становятся противники Башара Асада, а не радикальные исламисты. В Москве же это опровергают. Масла в огонь подлило заявление руководства НАТО относительно существующего подтверждения турецкой версии крушения Су-24. И хотя впоследствии оно было дезавуировано, рассчитывать на скорую стабилизацию не приходится. "То, что сделали турки,— это предательство, а предательства мы не забываем, равно как и тех, кто этих предателей покрывает",— заявил "Власти" высокопоставленный источник в Кремле.

Если отношения России и Турции пострадают практически во всех сферах (премьер Дмитрий Медведев на прошлой неделе прямо сказал о введении санкций в отношении недавних друзей), то шансы на создание широкой коалиции, несмотря на крайне напряженную обстановку, еще сохраняются. Выступая 26 ноября на церемонии вручения иностранными послами верительных грамот, Владимир Путин заявил: "Рассчитываю, что наконец будет сформирована действительно широкая международная антитеррористическая коалиция, которая выступит скоординированно, как единая мощная сила, и в частности поддержит действия российских военных, осуществляющих успешные операции против террористических группировок и структур в Сирии". Он выразил надежду, что после терактов на борту российского авиалайнера Airbus A-321 в Египте и взрывов во Франции, жестоких массовых убийств в Ливане, Нигерии, Мали "придет понимание необходимости объединения усилий всего международного сообщества в борьбе с террором".

Опрошенные "Властью" военные и дипломатические чиновники утверждают, что даже после крушения Су-24М шансы на создание коалиции есть, тем более что эту идею поддерживают лидеры Италии и Франции. Президент Пятой республики Франсуа Олланд после серии терактов в Париже даже предлагал забыть о разногласиях и "объединить мощь" Франции, России и США и в подтверждение своих слов направил к берегам Сирии авианосец Charles de Gaulle с многоцелевыми самолетами. Владимир Путин приказал российским морякам наладить с французскими коллегами связь и действовать "как с союзниками".

Несмотря на общий настрой на борьбу с "Исламским государством" препятствий для создания широкой коалиции немало. Например, по словам официального представителя МИД РФ Марии Захаровой, к 26 ноября "ни одна из стран антиигиловской коалиции ни разу не назвала ни одного района или объекта, принадлежащего террористам". До сих пор у России и стран НАТО расходятся данные о том, по кому именно наносятся удары: Запад считает, что жертвами ударов российских самолетов и ракет становятся противники Башара Асада, а не радикальные исламисты. В Москве же это опровергают. Масла в огонь подлило заявление руководства НАТО относительно существующего подтверждения турецкой версии крушения Су-24. И хотя впоследствии оно было дезавуировано, рассчитывать на скорую стабилизацию не приходится. "То, что сделали турки,— это предательство, а предательства мы не забываем, равно как и тех, кто этих предателей покрывает",— заявил "Власти" высокопоставленный источник в Кремле.