Битва при Дейр эз-Зоре: тактика и стратегия «Исламского государства»

Вроде бы трудные времена переживает сейчас «халифат». Так, в Сирии отряды оппозиции с регулярными турецкими войсками пытаются окружить город Аль-Баб. 20 Январь 2017, 08:13
Вроде бы трудные времена переживает сейчас «халифат». Так, в Сирии отряды оппозиции с регулярными турецкими войсками пытаются окружить город Аль-Баб. В то же время альянс «Демократические силы Сирии» бодро продвигается по сельскохозяйственным угодьям провинции Ракка на восточном берегу Евфрата и атакует в провинции Дейр эз-Зор. Сирийские войска ведут бои под Тиясом и начинают движение на восток от авиабазы Кверис. В Ираке после начала второго этапа операции по взятию Мосула иракские войска при поддержке как минимум 450 военных советников и авианаводчиков взяли под контроль большую часть восточного берега города, не считаясь с потерями в личном составе и технике.

Однако «Исламское государство» проявляет чудеса военного искусства и в очередной раз показывает, что их многочисленные противники имеют дело именно с «военным государством» и отменными специалистами. Командиры и аналитики ИГ понимают неотвратимость потери Мосула и Ракки, а также ошибочность оборонительной стратегии «сражаться до последнего патрона» в такой ситуации. Поэтому они обращают в свое преимущество любые остановки противника и временные недостатки в его боевых порядках, абсолютно точно рассчитывая момент для атаки.
11 декабря «халифат» во второй раз занял Пальмиру, с 6 января запустил наступление на группировку сирийских войск, заблокированную в западном секторе города Дейр эз-Зор. Безусловно, эти события связаны между собой как тактически, так и стратегически.

Сирийская направленность последних действий «халифата» неслучайна. Она объясняется вовсе не тем, что «коварная западная коалиция» пропускает боевиков, чтобы те осложнили жизнь силам Асада, как об этом говорят в эфире всевозможных российских ток-шоу. Если вина коалиции и есть, то она заключается в том, что подразделения 15-ой дивизии иракской армии, отряды «Хашд аш-Шааби» и суннитское ополчение не в состоянии пресечь передвижение мелких групп боевиков из Мосула в Сирию и обратно по пустыне в районе Тель-Афара. Но никто не мешает российским ВКС уничтожить подходящие по открытой местности резервы. 19 октября начальник Генштаба Валерий Герасимов рапортовал, что Россия перенаправила в район Мосула средства космической разведки, а авиация в случае вытеснения боевиков в Сирию готова наносить удары. При этом иракские беженцы из Мосула идут теми же тропами в подконтрольные ИГ районы сирийской провинции Дейр эз-Зор, что затрудняет работу авиации. Кстати, западная коалиция 16 и 17 января отметилась авиаударами по ИГ в Дейр эз-Зоре.

Странная статистика

twitter.com/EuphratesPost
Дейр эз-Зор оказался в блокаде в апреле 2014 г., когда ИГ захватило часть города и блокировало трассы. В январе 2015 г. «халифат» осадил и правительственный сектор — аэродром и прилегающие к нему районы в городе. Поэтому попасть в сирийский гарнизон можно было только по воздуху. В рамках ротации на защиту позиций правительственных войск перебрасывалась даже ливанская и иракская «Хезболла», а также палестинцы. Гумподдержка осуществлялась также по воздуху — за счет сброса грузов с российских самолётов и поставок ООН. Однако 17 января представители Всемирной продовольственной программы ООН (ВПП ООН) сообщили, что вынуждены приостановить доставку гуманитарной помощи для 110 тысяч жителей осажденного города из-за боев «вокруг посадочной зоны и в тех частях города, где распределяется еда».

В разных источниках имеются разные данные о численности населения в городе. Кроме того, что они колеблются от 100 до 150 тысяч человек, достоверность этих цифр сомнительна. Численность гражданского населения в Восточном Алеппо во многих источниках оценивалась в 250–350 тысяч человек, при том что реальная цифра была гораздо ниже — около 100 тысяч). По данным источников автора, за последние полтора года из-за постоянных перебоев со снабжением (в том числе из-за того, что некоторые деятели откровенно наживались на перепродаже гуманитарной помощи) местное население было вынуждено переходить в районы, занимаемые ИГ (что неудивительно, учитывая бедность населения провинции и его оппозиционные настроения), мигрировать в провинцию Хасака, подконтрольную курдским отрядам YPG, и даже уходить в Идлиб.

Разрушение «воздушного моста»

THE WASHINGTON POST / RICHARD JOHNSON
В российских СМИ пишут, что нападения ИГ на позиции проправительственных сил начались 14 января — неожиданно с нескольких направлений, да еще сопровождались массированным применением смертников — ингимаси. Чтобы понять, что значит «массированное», достаточно сказать, что 17 января, когда интенсивность боев несколько снизилась, было целых 8 случаев «истишхада». Но, на самом деле, наступление запустили гораздо раньше.

Первые действия боевиков, выходящие за рамки обычных, начались еще 6 января с минометных и ракетных обстрелов аэродрома Дейр-эз-Зор (в результате которых были ранены несколько десятков солдат и уничтожены два учебно-боевых самолета L-39 ВВС Сирии) и позиций 137-ой артиллерийской бригады. Уже тогда сторонники ИГ в соцсетях писали, что «халифат» начал наступление с целью ликвидировать последний оплот сирийских войск в провинции — гарнизон и аэродром. Затем 8 января активным минометным обстрелам подверглись районы Joura, Qusour и Hrabish. С этого момента стали поступать сообщения, что правительственные силы активизировали вынужденную «призывную кампанию» в ряде районов для пополнения рядов ополченческих Национальных сил обороны (NDF).

Дальше ситуация планомерно развивалась не в пользу САА, и даже проправительственные корреспонденты 16 января были вынуждены признать, что нынешние успехи ИГ затмили атаку в мае 2016 г. На этот раз боевики, овладев кварталом Harabesh, перерезали снабжение аэропорта с теми кварталами, которые защищают подразделения 137-ой артбригады и 104-ой воздушно-десантной бригады ВС САР. Все это произошло при активной работе авиации: по сообщениям очевидцев, 19 января сирийские и российские самолеты нанесли около 30 авиаударов в районах Bughayliyah, Panorama Area, Thurdah Mount и вблизи 137-ой бригады.
На сегодняшний день поступают противоречивые сообщения по снабжению защитников анклавов: по одним данным, вертолеты не приземляются на имеющиеся площадки из-за плотного огня боевиков с господствующих высот, но предположительно им удалось подобрать сброшенные на парашютных системах грузы; по другим — 19 января из-под Дамаска на вертолетах было переброшено 200 бойцов Республиканской гвардии.

Данные по количеству убитых со стороны режима и ИГ также противоречивы. Агентство DeirEzzor24 сообщило о более 200 убитых, раненых и захваченных в плен ИГ солдат и ополченцев с начала наступления и 100 убитых и раненых боевиках, не считая потерь среди мирного населения. Но в реальности цифры могут быть совсем иными как с той, так и с другой стороны, так как бомбардировки сирийской и российской авиации были очень плотными. По сообщениям активистов из провинции, численность боевиков, атакующих проправительственные силы, сравнительно небольшая — около 2,5 тысяч, подкрепления спецназа ИГ подошли из Ракки и Мосула. Среди погибших боевиков много иностранцев — саудовцев, тунисцев и др.            
          

Тактика и стратегия

Силы ИГ нельзя считать непобедимыми, но представляется, что в публичном поле существует явная недооценка боеспособности и выживаемости «халифата». При этом достаточно посмотреть на сводки боев, чтобы понять: ИГ эффективно воюет гораздо меньшими силами, чем раздробленная сирийская оппозиция, но ему удается не только наносить существенный урон атакующим, но и переходить в контратаки и атаки. К плюсам ИГ можно отнести потрясающий тайминг, чувство времени, успешное использование погодных условий, рельефа местности, подземных коммуникаций при проведении операций, а также племенных связей и симпатии определённой части сирийского населения.

И хотя Пальмира — важный объект с точки зрения дальнейшей выживаемости «халифата», есть все основания полагать, что город был взят неожиданно даже для самих боевиков.
Вполне вероятно, что изначально они ставили цель прорваться к оружейным складам и вывезти вооружение до прилета авиации, что, по всей видимости, им удалось сделать еще 10-го декабря. Однако, оценив обстановку и уязвимость сопротивления, на следующий день ИГ продолжило атаки на Пальмиру уже с целью захвата города. Но и на этом дело не закончилось: на кураже ИГ осадило авиабазу Тияс (Т-4) и начало продвижение по трассе, ведущей к Хомсу. В итоге за четыре дня силам ИГ удалось пополнить боезапас и снова закрепиться в центральной части Сирии. Но группировка боевиков была не настолько велика, как ее представляли проправительственные СМИ, иначе бы «халифат» непременно воспользовался случаем, чтобы еще и блокировать основные дороги, связывающие Дамаск и южные провинции.

В любом случае, нынешний контроль Пальмиры позволяет ИГ держать в напряжении сирийские войска в районе Хомса, а также оттягивать ресурсы при наступлении САА от Квериса в район авиабазы Табка в провинции Ракка. Что касается атакуемого Дейр эз-Зора, то тактические цели боевиков могут быть такими: предупреждение будущего наступления САА, ослабление снабжения заблокированного гарнизона и проникновение в оставшиеся населенные кварталы города для затруднения работы авиации. Если ИГ удастся взять авиабазу, они смогут удерживать ее еще очень долго.
Стратегически Дейр эз-Зор может выполнять роль буфера после падения Мосула и Ракки. Не исключены попытки ИГ атаковать город Хомс по схеме «если там потеряли, то здесь можем отбить». Не вызывает сомнений, что за активностью ИГ в провинциях Хомс и Дейр эз-Зор стоит попытка подготовить задел для реализации «плана Б»: отхода в Сирийскую пустыню, где сирийские Пальмира и Дейр эз-Зор, и иракская Рутба — углы «треугольника». Так называемый вилайет аль-Фурат между городами Абу-Кемаль (Сирия) и Аль-Каим (Ирак) не раз упоминался лидерами ИГ в качестве запасного варианта. ИГ до последнего будет маневрировать, чтобы не попасть в ловушку, однако испещренная тоннелями сирийско-иракская граница, которую совершенствовали еще при Саддаме Хусейне и которую использовала «Аль-Каида», вытесненная из Ирака, — идеальное место для «игры в прятки» и долгого отдыха хорошо знающих местность боевиков. А как показала практика Ирака, несколько десятков опытных джихадистов через некоторое время после разгрома способны возродить новую и более мощную структуру.

Антон Мардасов
Военный обозреватель, руководитель Отдела исследований ближневосточных конфликтов Института инновационного развития